Кейсы · Ролевые

Кейс: переговоры CEO с партнёром — разбор стратегии

2026-06-21

Два партнёра строили производственный бизнес восемь лет. Один управлял операционкой и был CEO, второй — стратегическим инвестором с долей 40%. Когда выручка перевалила за 800 миллионов рублей, их взгляды на следующий шаг разошлись кардинально: CEO хотел привлечь внешнее финансирование и масштабироваться, партнёр — зафиксировать прибыль и рассмотреть частичный выход. Переговоры, которые начались как рабочее обсуждение стратегии, за три месяца превратились в корпоративный тупик. Этот кейс — разбор того, как CEO вышел из этой ситуации: какую стратегию выбрал, где допустил ошибки, что сработало и почему финальный результат оказался лучше, чем казалось возможным в точке максимального напряжения.

Контекст: стороны, ставки и расстановка сил

Понять переговорную динамику невозможно без понимания структуры отношений. В данном случае она была асимметричной — и это определило всё. CEO (назовём его Алексей) владел 60% компании, занимал операционную роль и нёс ответственность за результат. Партнёр (Дмитрий) — пассивный совладелец с 40%, который вошёл в бизнес на раннем этапе как финансовый партнёр и с тех пор дистанцировался от управления. Формально у Алексея было большинство. Фактически — устав требовал согласия обоих для стратегических решений: привлечения долга свыше 50 миллионов, изменения структуры капитала, сделок с активами. Это классическая ловушка: операционный контроль у одного, вето по ключевым вопросам — у другого. Дмитрий не мог заставить Алексея делать то, что хотел. Алексей не мог двигаться без согласия Дмитрия. Обе стороны находились в зависимости, которую ни одна не хотела признавать вслух. Ставки были высокими с обеих сторон. Для Алексея — потеря стратегического окна: конкурент уже привлёк раунд финансирования и начал экспансию в регионы. Промедление в 6–12 месяцев означало потерю рыночной позиции. Для Дмитрия — риск размытия доли при привлечении внешнего инвестора и неопределённость относительно ликвидности его актива.

Как развивался конфликт: три фазы до тупика

Большинство корпоративных конфликтов между партнёрами не начинаются с открытого противостояния. Они накапливаются через серию недоговорённостей, каждая из которых кажется незначительной — до момента, когда разворачивается в полный рост. Фаза 1: расхождение без диалога — Первые три-четыре месяца Алексей и Дмитрий обсуждали стратегию в формате совета директоров — раз в квартал, по повестке. Алексей презентовал планы роста, Дмитрий задавал вопросы, решения откладывались. Ни один из них не назвал вслух, что у них разные цели. Алексей считал, что партнёр «ещё не разобрался в деталях». Дмитрий считал, что CEO «торопится и не думает о рисках». Это типичная фаза латентного конфликта: стороны не в тупике, но уже движутся в разные стороны. Переговоров как таковых нет — есть информирование. Фаза 2: позиционное окапывание — Когда Алексей получил конкретное предложение от венчурного фонда — term sheet с оценкой компании в 1,2 миллиарда рублей — он вынес его на обсуждение. Дмитрий отказал. Не потому что оценка была плохой — она была справедливой. Потому что не хотел размытия и не доверял фонду как новому акционеру. Алексей воспринял отказ как саботаж. Дмитрий воспринял давление Алексея как попытку продавить решение в обход его интересов. Обе стороны начали готовить аргументы, а не искать решение. Переговоры превратились в дебаты. Фаза 3: эскалация через посредников — Следующие два месяца каждый из партнёров начал «работать» с менеджментом компании — неформально, через разговоры. Алексей давал понять, что Дмитрий блокирует развитие. Дмитрий намекал, что CEO принимает рискованные решения. Топ-менеджмент оказался в ситуации, когда нужно было выбирать сторону — или делать вид, что ничего не происходит. К этому моменту конфликт перестал быть переговорным и стал корпоративным. Цена продолжения росла с каждой неделей.

Ошибки первого раунда: что CEO сделал не так

Прежде чем разбирать, что сработало, важно зафиксировать ошибки — они типичны для CEO в подобных ситуациях и повторяются независимо от отрасли и масштаба. Ошибка 1: переговоры о позиции, а не об интересах. Алексей с самого начала продавал конкретное решение — привлечение фонда с конкретным term sheet. Дмитрий защищал свою позицию — «нет этому инвестору». Ни один из них не спросил: «Что для тебя важно в этом решении?» Если бы спросил, выяснилось бы, что Дмитрий не против роста — он против потери контроля над составом акционеров и против неопределённости с ликвидностью своей доли. Ошибка 2: использование менеджмента как рычага. Вовлечение топ-команды в партнёрский конфликт — это всегда проигрышная стратегия. Она создаёт лояльные лагеря, разрушает управляемость и повышает цену любого финального решения. В данном случае это стоило компании двух ключевых менеджеров, которые ушли в период неопределённости. Ошибка 3: игнорирование BATNA партнёра. Алексей не думал о том, что Дмитрий будет делать, если переговоры зайдут в тупик. А у Дмитрия была реальная альтернатива: инициировать принудительный выкуп через механизм drag-along или обратиться в суд с иском о нарушении корпоративных прав. Это была слабая, но существующая BATNA — и она давала Дмитрию психологическую устойчивость в переговорах.

Перезапуск переговоров: смена стратегии

Переломный момент наступил, когда Алексей привлёк внешнего советника — не юриста, а переговорного консультанта с опытом в корпоративных конфликтах. Первое, что тот сделал — остановил переговоры. Не «давайте встретимся и поговорим». А именно: «Прекратите все неформальные коммуникации по этой теме на две недели. Никаких разговоров через менеджмент, никаких писем с аргументами, никаких намёков через общих знакомых». Это дало обеим сторонам возможность снизить эмоциональный накал и выйти из режима реакции. По опыту The Dialogues, в корпоративных конфликтах между партнёрами пауза длиной 10–14 дней снижает деструктивную риторику и создаёт пространство для переосмысления позиций — при условии, что пауза структурирована, а не просто «замолчали». Диагностика интересов перед встречей — Советник провёл отдельные встречи с каждым из партнёров — не для медиации, а для диагностики. Ключевые вопросы: что для вас важно в этой ситуации? Что вы считаете справедливым исходом? Что вы готовы отдать ради этого исхода? Что для вас неприемлемо ни при каких условиях? Результат диагностики оказался неожиданным для обеих сторон. Дмитрий хотел не заблокировать рост — он хотел ликвидности для части своей доли в горизонте 18–24 месяцев и гарантий, что новый инвестор не получит право вето по операционным вопросам. Алексей хотел не конкретного фонда — он хотел финансирования для экспансии и партнёра, который не будет тормозить оперативные решения. Эти интересы не противоречили друг другу. Они просто никогда не были названы вслух.

Ход переговоров: ключевые эпизоды

Первая структурированная встреча после паузы длилась четыре часа. Советник присутствовал как фасилитатор — не принимал решений, но управлял процессом.

Эпизод 1: переход от позиций к интересам

— Дмитрий, я хочу понять твою логику. Не «почему нет этому фонду» — а что для тебя важно в этом решении в принципе. — Мне важно понимать, что я смогу выйти из актива в разумные сроки. И что новый акционер не превратится в третьего партнёра, с которым нужно согласовывать каждый шаг. — Хорошо. Это я слышу впервые за три месяца. Если мы найдём структуру, которая даёт тебе ликвидность и ограничивает права нового инвестора операционными вопросами — ты готов обсуждать? — Зависит от деталей. Но в принципе — да.

Этот обмен занял меньше пяти минут. Но он разблокировал три месяца тупика. Причина — Алексей впервые задал вопрос об интересах, а не предъявил аргумент в пользу своей позиции. Эпизод 2: работа с недоверием — Доверие между партнёрами к этому моменту было серьёзно подорвано. Дмитрий прямо сказал, что не уверен в намерениях Алексея — что тот «продавит» нужное решение, как только получит согласие на принцип.

— Я понимаю, почему ты так думаешь. Последние месяцы я действительно давил, а не договаривался. Это была ошибка. Сейчас я хочу зафиксировать договорённости письменно — по каждому пункту, до того как двигаться дальше. — Письменно — это хорошо. Но мне нужен независимый юрист, который проверит формулировки. — Без проблем. Давай определим, кто это будет, и установим срок — скажем, две недели на согласование текста.

Алексей не стал защищаться и не стал объяснять, почему его намерения «на самом деле» были правильными. Он признал конкретное поведение (давление) и предложил конкретный механизм восстановления доверия (письменная фиксация + независимая проверка). Это принципиально важно: доверие восстанавливается через действия, а не через заверения. Эпизод 3: структурирование решения — Финальная часть переговоров была технической — но именно здесь скрывался главный риск. Стороны договорились о принципах, но дьявол был в деталях структуры сделки. Решение, которое в итоге устроило обоих, выглядело так: фонд входит как миноритарий с долей 15% (без права вето по операционным вопросам), Дмитрий продаёт фонду часть своей доли — 10% — по оценке, согласованной обеими сторонами. Итоговая структура: Алексей — 60%, Дмитрий — 30%, фонд — 10%. Дмитрий получает ликвидность сейчас, сохраняет значимую долю, фонд получает вход в растущий актив без управленческих прав. Алексей получает финансирование через кредитную линию фонда (не через допэмиссию), сохраняет операционный контроль, партнёр перестаёт быть блокирующим акционером по ключевым решениям.

Что сработало: разбор переговорной стратегии

Итоговый результат оказался лучше, чем исходный term sheet, который Дмитрий заблокировал три месяца назад. Почему — и что именно изменилось в подходе? Разделение людей и проблемы. Советник с самого начала настаивал на том, чтобы переговоры велись о структуре сделки, а не о том, кто прав. Как только Алексей перестал доказывать, что Дмитрий «тормозит бизнес», а Дмитрий — что CEO «не думает о рисках», появилось пространство для решения. Работа с BATNA обеих сторон. Советник помог Алексею честно оценить свою BATNA: без согласия Дмитрия он не мог привлечь финансирование, а судебный путь занял бы 18–24 месяца и уничтожил бы стоимость компании. BATNA была слабой. Это означало, что давление — проигрышная стратегия. Нужно было создавать ценность, а не выигрывать спор. Пакетирование интересов. Финальное решение не было компромиссом в смысле «каждый получил меньше, чем хотел». Это был пакет, в котором каждый получил то, что было для него важно: Алексей — финансирование и операционную свободу, Дмитрий — ликвидность и защиту от нежелательного акционера. Пакетирование работает, когда у сторон разные приоритеты — а это почти всегда так. Процессуальные договорённости до содержательных. Перед тем как обсуждать условия сделки, стороны договорились о правилах переговоров: кто присутствует, как фиксируются договорённости, в какие сроки принимаются решения, что происходит при разногласии по конкретному пункту. Это кажется формальностью — но именно процессуальные договорённости удерживают переговоры от срыва, когда возникают содержательные разногласия.

Уроки кейса: что применимо в вашей ситуации

Этот кейс не уникален. По опыту The Dialogues, большинство корпоративных конфликтов между партнёрами воспроизводят одну и ту же структуру: расхождение целей → позиционное окапывание → эскалация → тупик. Выход из тупика требует не новых аргументов, а смены логики переговоров. Урок 1: диагностируйте интересы до того, как предлагать решения. Большинство переговоров между партнёрами начинаются с предложения конкретного решения — и немедленно превращаются в спор о нём. Если потратить 30–60 минут на вопросы «что для тебя важно» и «что ты считаешь справедливым», часто выясняется, что интересы совместимы, а конфликт был о форме, а не о сути. Урок 2: оцените свою BATNA честно. CEO в корпоративном конфликте часто переоценивает свою позицию, потому что у него операционный контроль. Но операционный контроль не помогает, если партнёр может заблокировать стратегические решения или инициировать корпоративный спор. Честная оценка BATNA — не признание слабости, а основа реалистичной стратегии. Урок 3: пауза — это инструмент, а не капитуляция. Остановить переговоры в момент эскалации воспринимается как слабость. На практике это один из самых эффективных инструментов деэскалации. Пауза снижает эмоциональный накал, даёт время для диагностики и позволяет перезапустить переговоры с другой рамкой. Урок 4: восстановление доверия требует конкретных действий. Когда доверие подорвано, заверения не работают. Работают конкретные, верифицируемые действия: письменная фиксация договорённостей, привлечение независимой стороны, соблюдение согласованных сроков. Каждое выполненное обязательство — это кирпич в восстановлении доверия. Урок 5: привлекайте профессионала до точки невозврата. В данном кейсе советник появился, когда конфликт уже стоил компании двух менеджеров и трёх месяцев стратегического паралича. Если бы он появился на фазе расхождения — до позиционного окапывания — цена решения была бы значительно ниже. Переговорный советник в партнёрском конфликте — это не признание провала, а инструмент сохранения стоимости. Подобные ситуации — когда два партнёра с разными целями оказываются в тупике — регулярно разбираются в переговорном клубе The Dialogues. Разница между теоретическим знанием и реальным навыком проявляется именно тогда, когда эмоции высоки и времени мало.

Частые вопросы

Что делать, если партнёр отказывается от переговоров и не идёт на контакт? — Отказ от переговоров — это тоже переговорная позиция, и за ней стоят конкретные интересы или страхи. Первый шаг — не давить, а понять, что именно блокирует контакт: недоверие к процессу, страх потерять позицию, усталость от конфликта. Иногда помогает смена формата: вместо официальной встречи — неформальный разговор через нейтральное лицо. Если партнёр принципиально уклоняется — это сигнал, что нужен медиатор или структурированный процесс с чёткими правилами. Как подготовиться к переговорам с партнёром, если отношения уже испорчены? — Подготовка в этом случае начинается не с аргументов, а с диагностики: что важно партнёру, какова его BATNA, какие договорённости он считает нарушенными. Затем — честная оценка собственной BATNA и готовность к уступкам по форме ради выигрыша по сути. Полезно заранее определить, что для вас неприемлемо ни при каких условиях — это защищает от давления в момент переговоров. И отдельно — договориться о процессе до того, как обсуждать содержание. Когда в переговорах между партнёрами нужен внешний советник, а не просто юрист? — Юрист нужен, когда нужно защитить права или структурировать сделку. Переговорный советник нужен, когда стороны не могут договориться — не потому что не знают закона, а потому что застряли в позиционном конфликте или утратили доверие. Если переговоры зашли в тупик, если каждая встреча заканчивается эскалацией, если вовлечён менеджмент — это сигналы, что нужен не юрист, а человек, который умеет управлять переговорным процессом. Читайте также:

  • Кейс: переговоры CEO с банком — разбор стратегии
  • Кейс: переговоры CFO с банком — разбор стратегии
  • Кейс: переговоры CPO с регулятором — разбор стратегии
  • Исторический кейс: LinkedIn–Microsoft: максимизация цены
  • Исторический кейс: Cuba Missile Crisis: переговоры на грани

The Dialogues помогает собственникам и руководителям вести переговоры увереннее — через регулярную практику в малых группах. Участники отрабатывают реальные ситуации: от ценовых переговоров до конфликтов с партнёрами. Формат, расписание и условия: dialsclub.com или info@dialsclub.com.

---
← Все материалы «Кейсы»