Кейсы · Реструктуризация

Как защитить позицию при разделе совместного предприятия

2026-07-27

Раздел совместного предприятия редко начинается с открытого конфликта. Чаще — с накопившегося расхождения в стратегии, после которого один из партнёров начинает зондировать почву: «Может, нам стоит разойтись?» Именно в этот момент — до того, как стороны сели за стол — формируется переговорная позиция, которую потом крайне сложно изменить. В этом разборе — кейс из практики The Dialogues: производственное СП с двумя равными партнёрами, накопленный конфликт вокруг реструктуризации операционной модели, и переговоры, которые длились восемь месяцев. Имена и отраслевые детали изменены, структура — сохранена.

Ситуация: два партнёра, одна компания, разные горизонты

СП было создано семь лет назад: российский производственный актив плюс иностранный технологический партнёр с долей 50/50. Первые три года — рост, потом — стагнация рынка, смена регуляторной среды и расхождение в видении дальнейшего пути. Один партнёр хотел реинвестировать прибыль в расширение мощностей. Второй — зафиксировать доходность и начать выход. Формального дедлайна не было: устав предусматривал право выкупа доли по согласованной оценке, но механизм оценки был прописан размыто — «по справедливой рыночной стоимости, определяемой независимым оценщиком». На практике это означало, что каждая сторона могла привести своего оценщика с удобной методологией. Российский партнёр (назовём его Сторона А) хотел выкупить долю иностранного партнёра (Сторона Б) и сохранить актив. Сторона Б рассматривала несколько сценариев: продажу доли Стороне А, продажу третьему покупателю или ликвидацию с разделом активов. Переговорная позиция Стороны А была уязвима: она была операционно зависима от актива, а значит — мотивирована больше, чем оппонент.

Где позиция была слабой — и почему это важно признать

Первая ошибка, которую совершают в подобных ситуациях, — это попытка скрыть собственную зависимость от актива. Сторона А поначалу именно так и действовала: демонстрировала безразличие к исходу, намекала на альтернативных партнёров, затягивала переговоры. Это не работало — Сторона Б прекрасно понимала операционную реальность. Реальная слабость позиции Стороны А состояла в трёх вещах. Первое: ограниченный доступ к финансированию для выкупа — собственных средств не хватало, банковское финансирование требовало времени. Второе: размытая формулировка оценки в уставе давала Стороне Б пространство для завышения цены. Третье: Сторона Б имела опцию «третий покупатель» — реальную, а не блефовую, поскольку актив был интересен нескольким стратегам. По опыту The Dialogues, именно непризнание собственной слабости на этапе подготовки — главная причина, по которой переговоры о разделе затягиваются и дорожают. Сторона, которая не видит своих уязвимостей, не может их закрыть.

Стратегия: как переформатировать переговорную позицию

Работа над позицией Стороны А началась с переформатирования самой логики переговоров. Вместо того чтобы торговаться вокруг цены выкупа, было принято решение сместить фокус на структуру сделки и управление рисками Стороны Б. Ключевой инсайт: Сторона Б хотела не максимальную цену — она хотела определённость выхода и минимальные транзакционные риски. Продажа третьему покупателю означала due diligence, раскрытие данных, неопределённость по срокам и потенциальные проблемы с регуляторным одобрением. Ликвидация — потерю стоимости активов и длительный процесс. Выкуп Стороной А был самым чистым сценарием — если удастся договориться о цене и структуре. Стратегия Стороны А строилась на трёх элементах:

  • Управление оценкой через методологию. Вместо спора «чья оценка правильная» — предложение согласовать методологию до выбора оценщика. Это сдвигало дискуссию с результата на процесс и давало Стороне А влияние на итоговую цифру.
  • Структурирование выкупа как рассрочки с гарантиями. Ограниченный доступ к финансированию превращался из слабости в инструмент: рассрочка платежа с банковской гарантией снижала риск Стороны Б и позволяла Стороне А не привлекать дорогое финансирование единовременно.
  • Создание временного давления на Сторону Б. Параллельно Сторона А начала переговоры с потенциальным миноритарным инвестором — не для реальной сделки, а для создания информационного фона: «у нас есть альтернативная структура капитала».

Важно: третий элемент — это не блеф в чистом виде. Переговоры с инвестором были реальными, просто не приоритетными. Разница между блефом и реальной альтернативой принципиальна: блеф разрушается при первой проверке, реальная альтернатива — держит позицию.

Ход переговоров: три поворотных момента

Переговоры прошли через несколько фаз. Первые два месяца — обмен позициями и зондирование. Стороны обменялись оценками: Сторона Б назвала цифру в 1,4 млрд рублей за свою долю, Сторона А — 800 млн. Разрыв в 600 млн при активе с реальной стоимостью где-то посередине — типичная картина для начала переговоров о разделе. Первый поворотный момент — когда Сторона А предложила согласовать методологию оценки совместно, до привлечения оценщиков. Сторона Б сопротивлялась: это ограничивало её свободу манипулировать методом. Но отказ от этого предложения публично выглядел бы как нежелание договариваться — что создавало репутационный риск для Стороны Б в контексте возможной продажи третьему покупателю.

— Мы готовы двигаться по цене, но сначала нужно договориться, что именно мы оцениваем и каким методом. Иначе мы получим два отчёта с разрывом в 40%, и переговоры зайдут в тупик. — Это нестандартный подход. Обычно оценщик сам определяет методологию. — Именно поэтому у нас сейчас разрыв в 600 миллионов. Давайте зафиксируем: DCF с согласованными допущениями по ставке дисконтирования и горизонту. Если оценщик выходит за эти рамки — мы вправе оспорить. — Нам нужно посоветоваться с нашими советниками. — Конечно. Мы готовы к следующей встрече через две недели с конкретными предложениями по методологии.

Сторона Б согласилась на совместную методологию — это был первый реальный сдвиг в переговорах. Второй поворотный момент — появление информации о потенциальном третьем покупателе. Сторона Б действительно получила предварительный интерес от стратегического инвестора. Это могло обрушить позицию Стороны А — если бы та не подготовилась к этому сценарию заранее. Ответ Стороны А был неожиданным: вместо того чтобы конкурировать с третьим покупателем по цене, она предложила Стороне Б сравнить не цену, а структуру сделки. Третий покупатель означал: due diligence 3–4 месяца, раскрытие коммерческой тайны, неопределённость по регуляторному одобрению, риск срыва на финальной стадии. Выкуп Стороной А — закрытие за 45 дней, без раскрытия, с банковской гарантией платежа. Третий поворотный момент — финальный торг по цене. После согласования методологии оценщик вышел с цифрой 1,05 млрд рублей. Сторона Б хотела 1,1 млрд, Сторона А предлагала 980 млн. Разрыв — 120 млн — казался небольшим, но стороны застряли.

— Мы не можем принять 980. Это ниже оценки. — Оценка — 1,05. Мы предлагаем 980 с учётом транзакционных рисков и нашей скидки за срочность закрытия. — Тогда давайте 1,05 — по оценке. — Мы готовы к 1,05, но тогда нам нужна рассрочка: 600 при закрытии, 450 через 12 месяцев с банковской гарантией. Либо 980 единовременно при закрытии через 30 дней. — Нам нужно подумать. — Понимаем. Предложение действует до конца месяца — после этого мы возвращаемся к обсуждению структуры с нашим инвестором.

Сторона Б выбрала рассрочку по оценочной цене. Итоговая стоимость для Стороны А — 1,05 млрд с рассрочкой — оказалась дешевле, чем единовременный выкуп по 980 млн с привлечением дорогого бридж-финансирования.

Результат и уроки

Сделка закрылась на восьмом месяце переговоров. Сторона А выкупила долю по оценочной цене с рассрочкой, сохранила актив и операционный контроль. Сторона Б получила определённость выхода и избежала рисков продажи третьему покупателю. Три урока, которые работают за пределами этого конкретного кейса: 1. Признайте слабость раньше оппонента. Сторона А знала о своей операционной зависимости — и выстроила стратегию вокруг неё, а не вопреки ей. Попытка скрыть зависимость только усиливает её влияние на переговоры. 2. Смещайте дискуссию с цены на структуру. В большинстве переговоров о разделе стороны застревают на цифре. Но цена — это производная от структуры сделки, сроков, гарантий и рисков. Тот, кто управляет структурой, управляет ценой. 3. Альтернатива должна быть реальной. Информационный фон про инвестора работал не потому, что Сторона Б поверила в блеф — а потому что переговоры с инвестором действительно велись. Реальная BATNA меняет поведение за столом: нет тревоги, есть уверенность. Отдельный вопрос — когда в подобной ситуации стоит привлекать внешнего переговорщика. Ответ зависит от двух факторов: ставки и эмоциональной вовлечённости. Когда сумма сделки превышает 500 млн рублей и один из партнёров операционно зависим от актива — самостоятельное ведение переговоров создаёт системный риск. Не потому что партнёр некомпетентен, а потому что эмоциональная вовлечённость искажает восприятие сигналов оппонента. Подобные ситуации — раздел СП, выкуп доли, реструктуризация партнёрства — регулярно разбираются в переговорном клубе The Dialogues. Разница между теорией и реальным столом проявляется именно тогда, когда давление максимально.

Частые вопросы

Что делать, если оппонент настаивает на своём оценщике и отказывается согласовывать методологию? — Это стандартная тактика — получить оценку с удобными допущениями и использовать её как якорь. Контрмера: предложить трёх независимых оценщиков из согласованного списка с правом каждой стороны отклонить одного. Если оппонент отказывается и от этого — это сигнал, что он не готов к честному процессу, и стоит зафиксировать позицию письменно до следующего раунда. Как вести себя, если партнёр параллельно ведёт переговоры с третьим покупателем? — Не конкурировать по цене — конкурировать по структуре и определённости. Третий покупатель означает due diligence, раскрытие данных, регуляторные риски и неопределённость по срокам. Ваше предложение должно выигрывать по скорости, предсказуемости и минимальным транзакционным издержкам для оппонента. Цена при этом может быть чуть ниже — но общая ценность предложения выше. Как подготовиться к переговорам о разделе, если конфликт ещё не вышел в открытую фазу? — Начните с аудита собственной позиции: что вы теряете при каждом из сценариев (выкуп, продажа третьему, ликвидация), какова ваша реальная BATNA, где ваша позиция уязвима. Параллельно — проверьте устав на предмет механизмов оценки, права преимущественного выкупа и процедур разрешения дедлока. Чем раньше вы понимаете структуру своих рисков, тем больше времени на их закрытие до начала открытых переговоров. Подготовка к продаже или выходу из актива занимает в среднем от трёх до шести месяцев — и это время лучше использовать до, а не во время переговоров. Читайте также:

  • Реструктуризация долга vs ликвидация: что выгоднее
  • Переговоры о реструктуризации с синдикатом банков
  • Как подготовиться к продаже бизнеса: 12 шагов
  • Due diligence checklist для продавца

The Dialogues помогает собственникам и руководителям вести переговоры увереннее — через регулярную практику в малых группах. Участники отрабатывают реальные ситуации: от раздела СП и выкупа доли до конфликтов с партнёрами при реструктуризации. Формат, расписание и условия: dialsclub.com или info@dialsclub.com.

---
← Все материалы «Кейсы»